ЗАПИСКИ бабушки РОЗЫ +++

оценку, не так ли?" Благодаря этому я получил диплом с отличием,
который, правда, мне не помог: к вступительным экзаменам в
аспирантуру МГУ меня не допустило партбюро факультета под тем
предлогом, что я проспал поездку в колхоз.

Несколько месяцев спустя я попросил Георгия Евгеньевича помочь
мне получить рекомендацию от кафедры для поступления в другую
аспирантуру. Он привёл меня к себе домой (особо заслуженные
профессора жили при университете), сел за пишущую машинку и стал
быстро-быстро печатать проект рекомендации (я храню этот черновик
до сих пор).

Начиналась она так: "Рекомендация на Кизнера Зиновия
Исааковича, 1947 г.р., члена ВЛКСМ, выпускника...". Я говорю: "Георгий
Евгеньевич, вы забыли между "1947 г.р." и "члена ВЛКСМ" написать
"еврея"!" (таков был стандарт заголовка характеристики в советские
времена). Он барабанит по клавишам машинки, будто и не слышит.
Когда я повторил в третий раз, Шилов остановился, взглянул на меня
своими необыкновенно добрыми глазами и мягко так сказал: "Давайте
не будем заострять внимание на Ваших недостатках".

Камарилья, захватившая в 70-е годы власть на мехмате, сгубила его
за то, что в начале 70-х некоторые из его учеников уехали в Израиль и
в США. Георгий Евгеньевич умер от сердечного приступа в возрасте 54-
х лет.

Летом 1971 г. наступила пора распределения на работу. Делалось
это так. Два-три раза в неделю на 14-м этаже университета в
рекреациях ставились столы для представителей научно-
исследовательских или учебных институтов. К столам прикреплялись
таблички с именами институтов. Я присаживался к столу, и
происходило взаимное знакомство. Поначалу меня интересовали
только "академические" столы. Обычно беседа завершалась словами:
"Вы нам подходите, а мы Вам?"

Если место мне нравилось, я делал запись в своём блокноте, а
представители института записывали мои данные. При расставании мы
договаривались, что продолжим разговор на более формальном
уровне в следующий ярмарочный день. Но меня уже либо не узнавали,
либо мямлили что-нибудь про изменившиеся обстоятельства.

252

Начиная с какого-то момента, я стал вести себя ассертивнее57:
когда слышал знакомое "Вы нам подходите", я заявлял: "Но учтите, я –
еврей!"

– Ну что Вы, – говорили мне, –какое это имеет значение?!
– Для вас, допустим, не имеет, но для вашего отдела кадров
вполне может иметь – отвечал я.
При следующей встрече – те, что были почестнее, – узнавали меня
и разводили руками: "Вы оказались правы". У меня был красный
диплом, а в блокноте значилось 25 подходящих институтов, но
получить достойное распределение я не смог. Удачей было уже то, что
вместо Института cудебных экспертиз я попал во Всесоюзный НИИ
Морского рыбного хозяйства и Океанографии (ВНИРО). Вся эта история
окончательно сформировала моё еврейское самосознание: "Ах так? –
никаких компромиссов! Вы своего добились! Я – еврей, женюсь только
на еврейке, и дети мои будут евреями".
Во ВНИРО я проработал до 1991 г. на должностях от младшего до
ведущего научного сотрудника. С осени 1971 по осень 1974 годы
числился аспирантом, для чего и потребовалась та самая
характеристика, которую составлял Шилов. Фактически кандидатскую
диссертацию я делал в Институте Океанологии АН СССР (ИОАН).
Приобщение к моей будущей научной сфере, геофизической
гидродинамике, происходило на семинарах А.С. Монина, В.М.
Каменковича и Г.И. Баренблатта в ИОАН. Там же состоялась защита.
Слава Богу, докторскую (в советском понимании) мне защищать не
пришлось: в Израиле просто нет такой степени.
Я как будто знал, что где-то подрастает моя будущая еврейская
жена, и я ждал. Первая встреча с Ирой Айзикс произошла 28 декабря
1983 г., а решение пожениться мы приняли ровно через месяц. Через
две недели после знакомства я привёл Иру к себе домой, чтобы
представить её маме. Потом мы долго гуляли на ВДНХ, и я провожал
Иру. Вернулся домой очень поздно. Мама не спала, ждала меня в
коридоре. Когда я вошёл, она произнесла историческую фразу: "Если
ты эту девушку обидишь, я тебя прокляну!" Мы было назначили

57Ассертивность (англ. Assertiveness – "настаивать на своём") –
поведение, сочетающее внутреннюю силу и вежливость к окружающим.

253

свадьбу на 1 апреля, но мама отсоветовала: "С такой датой никто не
поверит, что вы муж и жена". Поэтому мы поженились 31 марта 1984 г.
За несколько дней до этого папа Иры попал в больницу, и нам
пришлось отменить свадебные торжества.

В ночь с 3 на 4 декабря 1991 г. наша семья – Ира, я и две наши
маленькие дочки – переехала в Израиль. Полтора года мы жили в Бат-
Яме, а с лета 1993 г. – в Ришон-ле-Ционе. С 1992 по 2015 годы я работал
в Бар-Иланском университете; первые год и три месяца был никем
(получал "стипендию Шапиро"), а в октябре 1993 г. перешёл в
академический штат. Теперь я называюсь Professor Emeritus
(заслуженный профессор в отставке). Читал курсы лекций на
факультете точных наук (отделения физики и математики) и на
факультете биологии, вёл проекты по грантам от Израильского и
Израильско-Американского Фондов научных исследований (ISF и BSF).
Под моим руководством несколько студентов стали магистрами наук и
докторами философии. Основные мои работы, за исключением пары
статей, вышли, когда я жил и работал в Израиле. Эта деятельность
потихоньку продолжается до сих пор (август 2018 г.). Чтобы было
понятно: при выходе в отставку Full Professor (полный профессор), как
правило, получает статус Professor Emeritus. Отличие лишь в том, что
теперь я не обязан читать лекции, а вместо зарплаты получаю пенсию.
Всё остальное – кабинет, гранты, докторанты, конференции – то же
самое.

Несколько фактов о моей семье.

ИРА Кизнер (1962), выпускница

МГУ, метеоролог по диплому. В
Израиле – программист. Её
родители: Александра Викторовна
Слуцкая и Григорий Яковлевич
Айзикс. Оба окончили МЭИ и
работали в ЦНИРТИ.

Ира с детства неравнодушна к
деревьям и травам, мхам, грибам,
ягодам и цветам. В российском,
швейцарском, немецком, чешском
или финском лесу она – у себя дома,
а с нею и я. В Израиле нам пришлось

254

научиться любить иную растительность с новыми названиями, которые
Ира уже много лет осваивает на иврите, латыни и по-русски. А ещё её
всегда интересовала педагогика.

Вступительные экзамены в педагогический институт проводились
в августе, а за месяц до того начинались экзамены в МГУ, и считалось,
что стоит использовать эту возможность. Как выпускница
математической школы №444 Ира думала о факультете
вычислительной математики и кибернетики (ВМК), но на ВМК, как и на
мехмат и физфак, в 1979 г. евреев не принимали. Поэтому был выбран
географический факультет, позволявший ездить в экспедиции, а на нём
– кафедра метеорологии, где занимались серьёзной наукой с
применением математики и вычислительных методов. Ирина
склонность к педагогике реализовалась позже, в воспитании детей. В
мае 1985 г. у нас родилась Женя, а в декабре 1986 г. – Дина. Ира
увлечённо занималась с ними: развивающие игры, приобщение детей
к живой природе, плаванью, походам... Сейчас то же самое я
наблюдаю в отношениях Иры с внучкой.

После женитьбы и до отъезда в Израиль мы жили вместе с мамой,
сначала возле ВДНХ, а затем в кооперативной квартире на Ростовской
набережной, на высоком берегу Москвы-реки напротив Киевского
вокзала. Жили на редкость дружно. Если у меня с Ирой случались
разногласия, мама всегда принимала сторону Иры – то ли из женской
солидарности, то ли по мудрости своей, а может просто потому, что
любила Иру как дочь.

Впервые мама приехала в Израиль в октябре 1992 г. и пробыла с
нами до апреля 1993 г. После этого она приезжала довольно
регулярно, каждый раз на полгода. Ира всё время говорила, что баба
Роза должна записывать воспоминания для потомков. В 1995 г. Ира
вручила ей толстую тетрадь: "Это Вам для воспоминаний!". Мама
начала потихоньку что-то записывать, увлеклась, исписала тетрадь и
потребовала следующую... Всего их четыре.

Всякий раз после маминого отъезда в Москву мы все четверо
ходили как пришибленные. А когда, улетая в последний раз (в 1997г.),
мама объявила, что ей недостаёт сил на сборы и перелёты, и что она
намерена доживать остаток своих лет в Москве с Фридочкой, внучками
и правнучкой, Дина разрыдалась в аэропорту.

255

"Я слабая, и теперь мне нужна мама. Фридочка будет моей мамой"
– сказала баба Роза. И так и было до конца.

В июне 2001 г. из Москвы пошли тревожные сигналы. Но Женя
сдавала выпускные экзамены, и мы смогли приехать лишь в конце
месяца. Мама находилась в практически бессознательном состоянии.
В день приезда Женя и Дина сидели на полу и держали бабушку за
руки. На третий день мама была без чувств, я сидел возле неё, а Фрида
и Ира что-то делали на кухне. Вдруг слышу мамино: "Ира!". Я кинулся
на кухню и привёл Иру. Мама лежала с открытыми глазами. "Посади
меня!", сказала она Ире. Ира посадила её на кровати. Мама слабой
рукой показала на место рядом с собой. Ира села. Мама провела свою
руку у Иры под подбородком, похлопала её по дальней от себя щеке и
отчётливо произнесла: "Какая ты симпатяга! Всё, положи меня." Это
были последние слова, какие мы от неё услышали. Не меня она
позвала, а Иру, словно вспомнила сказанное 17 с половиной лет назад,
когда Ира впервые появилась в её жизни!

ЖЕНЯ училась в тель-авивской школе

Шевах-Мофет, где, как оказалось,
преподавали наши с Фридой

однокурсницы и немало

учителей из хороших

московских школ. Отслужила в

армии в группе разработки

компьютерных программ для

обучения солдат. В Тель-

Авивском университете она

получила степень бакалавра по

биологии и психологии, а в

Хайфском университете –

степень магистра по

256

психологии. Её специальность – когнитивная психология. Работала в
фирме по психологической экспертизе промышленных проектов.
Сейчас – психолог-фрилансер. Очень музыкальна. Учась в школе и
университете, пела в хоре. Замужем за Александром Гольдштейном.
В мае 2018 г. у них родился сын Даниэль. Женя и Саша увлекаются
ирландским песенным фольклором и горными походами. В доме у них
полно дудочек, народных скрипочек, банджо, барабанов...

ДИНА училась в Реальной гимназии

Ришон-ле-Циона, биотехнологический
поток. В Тель-Авивском университете
изучала химию и науки о Дальнем
Востоке, учила японский язык, имеет
степень бакалавра. После Израиля
больше всех других стран любит
Японию. Была в ней трижды, но хочет
ещё и ещё; в её доме нам порою
приходится сидеть на татами. Работала в
фармацевтической фирме и, по
совместительству, в товариществе Шема
(патронаж детей с нарушениями слуха и
речи), где и сама когда-то посещала
кружки и занималась со speech therapist (специальность вроде
логопеда, но пошире).

Теперь Дина ведёт в
Шеме кружки, руководит
классами языка жестов и
скоро начинает работу со

старшеклассниками.
Вдвоём с Александром
Шнайдерманом растит
дочь Гайю (родилась в
марте 2017 г.). Трудности
первых месяцев кормления привели Дину на курс консультантов по
грудному вскармливанию, сейчас она проходит практику.

257

Семья ФРИДЫ Кизнер – МИШИ Рабиновича

О ФРИДЕ

Родилась в начале войны 17 августа 1941 года в г. Сталинграде, на

пути в эвакуацию в Аргаяш (Челябинская обл.).

В 1948–1958 гг. училась в школе № 205 в Москве на Верхней

Масловке. Школу окончила с серебряной медалью. В 1960–1965 гг.

училась на механико-математическом факультете МГУ.
Дипломную работу по

теории полугрупп написала на

кафедре высшей алгебры под

руководством проф. А.Г. Куроша.

После окончания университета

работала старшим научным

редактором Главной редакции

физико-математической

литературы издательства

"Наука". Редактировала книги

многих известных математиков. Всегда проверяла приведённые

доказательства и нередко находила ошибки. Редактируя задачники,

всегда целиком проверяла имеющиеся ответы, решая самостоятельно

всё от начала и до конца, что никак не входило в её обязанности.

Свои выдающиеся математические способности так и не смогла

реализовать полностью из-за чрезмерной погруженности в жизнь

семьи. Очень музыкальна, понимает и любит классическую музыку,

коллекционировала грампластинки с шедеврами классической

музыки. 25 февраля1969 г. вышла замуж за Мишу Рабиновича, в 1969

и в 1975 гг. родила Аню и Машу.

Наташа Курильская, однокурсница и близкая подруга:
"Я люблю Фридочку, без малого, уже 60 лет. Когда любишь, разве
задумываешься, за что? А если задуматься? Это очень умный,
разносторонне одарённый, глубокий, прямой человек, совершенно не
дипломатичный. Верный друг – вернее не бывает. Тщательная во
всяком деле, которое выполняет. Готова многое выполнять за других.
Никакого разгильдяйства, ни в чём. Себя, как правило, недооценивает.
Многие из её достоинств работают против неё – люди "садятся ей на
шею". Она необыкновенная – её нельзя не любить. "

258

РАБИНОВИЧ Моисей (МИХАИЛ) Исаакович

Родился 9 июня 1935 г. в еврейском местечке в
Белоруссии. Учился в МЭИ, работал инженером в
ЦАГИ в городе Жуковском Московской области.
Там же защитил диссертацию и стал кандидатом
технических наук. Увлекался спортом, не
расставался с велосипедом, любил авторские
песни Высоцкого, Галича, Окуджавы.

Был очень способным человеком. После
выхода на пенсию сразу быстро освоился в
перестроечной обстановке и успешно занялся бизнесом.
Погиб в результате ДТП 11 сентября 2000 года в Москве.

АНЯ Рабинович

Родилась 14 декабря 1969 г. в

Москве. Рано обнаружились

музыкальные способности, уже в

возрасте одного года очень чисто пела.

Училась игре на фортепиано, пела в хоре.

В 1984 году закончила музыкальную, а в

1986 году – среднюю школу в городе

Жуковском Московской области. В 1988–

1994 гг. училась на факультете прикладной математики в Институте

нефти и газа имени Губкина.

С детства очень любила читать, хорошо разбирается в музыке,

любит бардовскую песню. В 1992 году родила дочку Соню.

СОНЯ Рабинович

В 1999–2007 гг. училась в московской
гимназии № 1518 и в школе №27 (2007–
2009гг). В школьные годы увлекалась
танцами, ходила в походы с группой
Турград, очень много читала. Рано начала
работать, кардинально отличается от
большинства молодых людей, которых
постоянно опекают. Независимый
самостоятельный человек – личность,

259

интеллектуал, супер-активна и креативна. Является организатором
фестивалей: "Бессонница", "Платформа" и др. Сменила множество
занятий:

• IT-рекрутёр, руководитель группы в Star-staff.

• Выпускающий редактор эфира на 1GTV.

• Координатор проектов в Prbyte SDA.
В настоящее время (2018 г.) – сотрудник RINET.
Многолетний донор. Преданно любит животных. У неё в доме
живут 2 кошки, 2 кота, собака и африканский ёжик.

Семья ФРЕЙЧКО

МАРИЯ Фрейчко (Рабинович), внучка Розы Давыдовны,

дочь Фриды и Миши

Родилась в 1975 г. в городе

Жуковский Московской области. Там

училась в общеобразовательной и

музыкальной школах. В 1989 г.

окончила музыкальную школу по

классу скрипки. С 1989 по 1992 г.

училась в 303-й школе Москвы, в

которой литературу преподавал

известный талантливый педагог Лев

Соломонович Айзерман,

прививавший своим ученикам

любовь к серьёзному чтению и

анализу прочитанного.

В 1994–1999 гг. училась на музыкально-педагогическом

факультете Ленинского педагогического института (ныне МПГУ) у

Виктора Константиновича Легошина, ученика знаменитого Леонида

Когана. Работала в музыкальных школах. Последовательница системы

С.О.Мильтоняна: групповое импровизационное обучение начинающих

скрипачей. Под его руководством работала в 2009–2015 гг.

В 2001 г. познакомилась с дыхательной гимнастикой по системе

К. Бутейко и в кругу приверженцев этой системы познакомилась с

Павлом Фрейчко, который и стал мужем Маши. В данный момент –

домохозяйка. Частным образом обучает игре на скрипке по системе

Мильтоняна.

260

ПАВЕЛ Фрейчко

Родился в 1963 г. в Москве. Мама,
Фрейчко Наталья Борисовна (1924–2005) –
радистка, воевала в разведотряде в
Дагестане с весны по осень 1943 г. Перед
войной она окончила 2 курса музыкального
училища по классу фортепиано и
аккомпанировала Маше, когда она
приезжала в Пушкино. После войны Н.Б.
окончила Ленинградский институт связи.
Венцом её карьеры стала должность ведущего специалиста по
монтажу и настройке радиорелейных линий.

У Павла рано обнаружился абсолютный слух и музыкальные
способности. Игре на фортепиано он обучался в 1968–1975 гг. в
музыкальных школах в Крюково и Пушкино. Дома Павел занимался
под руководством бабушки, Фрейчко Натальи Гавриловны, одарённой
многими талантами. Она была художницей и музыкантом, владела
скрипкой, контрабасом. Дедушка, Фрейчко Борис Борисович, –
скрипач, концертмейстер Батумского симфонического оркестра. Павел
же только в зрелом возрасте вернулся к занятиям музыкой.

1978–1982 гг. – учёба в Правдинском техникуме лесного хозяйства,
1982–1984 гг.– служба в армии, 1984–1990 гг. – учёба в Московском
лесотехническом институте по специальности вычислительная
техника. В 1986 году Павел женился на институтской подруге Алле
Ивановой, и в 1987 году у них родился сын Виталий.

В настоящее время Павел работает видеооператором в РГГУ,
совмещая это с реализацией своего музыкального призвания. В 1990–
2000 гг. он создал собственную студию звукозаписи, где как
звукорежиссёр делает аранжировки к песням и как композитор
сочиняет музыку для радио-спектаклей и фильмов.

Интересы Павла достаточно разносторонни. Сейчас он учит детей
снимать кино в московской школе и в детской киностудии "Черника" в
Твери, преподаёт визуальную антропологию. Плодами творчества
Павла как режиссёра-документалиста являются фильмы: "Надежда",
"Красота, простота и бесстрашие", "Формы жизни" и пр. В 2001 году
Павел женился во второй раз на Маше Рабинович. У них двое детей,
Роза и Света. Он – заботливый семьянин и любящий отец.

261

РОЗА Фрейчко

Родилась в 2005 г. в
Москве. В 2009 г. начала
обучение в группе из 4-х
скрипачат в Твери по системе
Мильтоняна. Сочиняет пьесы
для скрипки и успешно
выступает с ними на конкурсах.
Написала очень интересную
музыку к кукольному
спектаклю "Портной и луна" по
стихотворению С.Маршака.
Света выступала в этом
спектакле как главный
ведущий кукловод. Роза
продолжает обучение музыке
в школе имени Прокофьева в
Москве. Очень любит природу, увлекается биологией, географией.
Обожает двигаться, лазать по деревьям и танцевать. Сейчас вместе со
Светой занимается синхронным плаванием. Любит Тверь. Нравится
гулять с собаками и хочет завести домашнее животное. Мечтает
путешествовать и увидеть разные страны, особенно Израиль.

СВЕТЛАНА Фрейчко Родилась в 2008 г. в Москве.

В 2014 году поступила в школу,

успешно окончила 4 начальных

класса. Добрая, умная девочка.

Увлекается литературой, много

читает, любит рисовать,

рукодельничать (занимается

чеканкой и делает украшения из

бисера). С удовольствием слушает

музыку и хорошо разбирается в

ней. Входит в труппу школьного

кукольного театра. "Дружит" с компьютером и умеет делать клипы,

немного играет на блок-флейте и на гитаре. Мечтает о собственном

домике с садом-огородом и о котёнке.

262

Семья ПЕТРА Кизнера – Милы Люшковой

Петр Кизнер

Появился я на свет в 1937 году в местечке Ильинцы Винницкой
области, куда специально на роды из Москвы приехала моя мама Роза
Давыдовна к своим родителям. Назвали меня именем Пинхас в память
убитого бандитами брата отца. В честь прадедушки мне добавили второе
имя – Гершон.

Первые мои воспоминания связаны с началом войны и эвакуацией.
Мне 4 года, и я решил помочь семье. В нашей комнате была печка, а дров
для неё всегда не хватало. Гуляя, я увидел несколько лежащих поленьев,
взял одно, и с гордостью принёс его маме. Когда она спросила, где я его
взял, то помня, что чужого брать нельзя, сочинил историю: "Я был в лесу и
встретил волка. Попросил ружьё у лесника и застрелил волка. За это
лесник подарил мне полено". Я ждал восторгов, а вместо этого получил
нагоняй. Мама велела возвратить полено на место. Мне было и обидно, и
стыдно.

Как только начал хорошо ходить и бегать, я превратился в "уличного"
мальчишку. Был активным участником дворовых игр: пионербол (капитан
команды "Кузнечик"), спиральбол, круговая лапта, штандер, 12 палочек,
казаки-разбойники, крокет, городки и др.

После победы в чемпионате школы по шашкам меня направили в
"Школу олимпийского резерва", в которой секцию шашек вели лучшие на
то время тренеры – Борис Абрамович Миротин и Абрам Моисеевич
Сидлин. Школа выращивала чемпионов. Проучился я там недолго, но тот
полученный базис позволил мне в дальнейшем выполнить норму
кандидата в мастера спорта. Самостоятельно научился играть в
настольный теннис на хорошем уровне, участвовал в чемпионатах Москвы
и тоже выполнил норму кандидата в мастера спорта.

После возвращения нашей семьи из эвакуации в 1944-м году я пошёл
в 1-й класс; все 10 лет проучился только с мальчиками ("Реформа
образования"!?). В это военное и послевоенное время учителей не
хватало, и у нас с 1-го и чуть ли не по 7-й класс множество предметов вела
одна учительница – Любовь Степановна. Это была деревенская женщина
крупного телосложения. Контингент был тяжёлый, много мальчиков росло
без отцов, погибших на войне, но Л.С. умела всех "держать в узде". Особо
непослушных учеников она утихомиривала с помощью указки. Если указка
ломалась, то на следующий день несколько учеников приносили ей новые

263

указки и просили её взять именно у них. Она была строгой, но
справедливой, и её любила и ученики, и родители.

Одновременно учился в музыкальной школе по классу скрипки. В
дальнейшем много лет играл в ансамбле скрипачей и симфоническом
оркестре Дворца культуры им. Лихачёва. Организовал оркестр и ансамбль

и руководил им замечательный педагог и человек, страстный
пропагандист детского музыкального творчества, главный дирижёр
Детского театра Борис Николаевич Томашов. Ансамбль выезжал на
гастроли в Ленинград, выступал в Колонном зале Дома Союзов, в
Звёздном городке, на многих концертных площадках Москвы.

С семи лет каждый год меня отправляли на всё лето в пионерский
лагерь. Там мне очень нравилось – жизнь "кипела ключом". В первые
голодные послевоенные годы часть пропитания каждому отряду
приходилось добывать самому. После завтрака (если позволяла погода)
отряд, разбившись на звенья, уходил собирать грибы, ягоды и съедобные
травы, ловить угрей и мелкую рыбёшку, собирать лечебную ромашку (за
небольшие деньги сдавали в сельскую аптеку). Всё добытое шло в "общий
котёл" отряда. Во второй половине дня – культурно-спортивная
программа. Это было моё! Участвовал и в театральных скетчах, и в
спортивных соревнованиях по разным видам. С любовью вспоминаю то
тяжёлое и сложное время.

264

В 1954-м году поступил учиться в Заочный машиностроительный

институт и одновременно пошёл работать на машиностроительный завод.

Там прошёл по всем ступеням от ученика фрезеровщика до ведущего

конструктора. По совместительству преподавал в школе вечерней

молодёжи и в отделе технического обучения завода. Создал на заводе

небольшой инструментальный ансамбль. Выступали как на заводе, так и в

других местах. Однажды удалось сыграть в одном концерте со сборной

джазовых музыкантов из оркестров Рознера, Утёсова… Мы играли в

первом отделении "для разогрева" публики.

После окончания института работал в ряде предприятий

станкостроения на разных должностях (вплоть до зав. отделом),

проектируя гидро-пневмопривод для станков и автоматических линий. В

этой области являюсь обладателем более 10 авторских свидетельств на

изобретения. 8 лет работал в отделе гидравлики конструкторского бюро

академика А.Н. Туполева, проектируя оборудование для современных

самолётов, в т. ч. и сверхзвуковых.

Одновременно с

основной работой 18 лет

преподавал в Вечернем

машиностроительном

техникуме предметы:

"Металлорежущие станки" и

"Гидропривод станков"

(авторский курс). В

программу обучения входил

теоретический курс "Гидравлика", но студентам
технического профиля нужны были практические
знания, и я разработал и утвердил в Министерстве
образования новый курс, который дал результаты и
прошёл испытание временем.

Не забывал я и про молодёжные гуляния. В 1961
году познакомился с красивой 18-летней девушкой,
жгучей брюнеткой, студенткой Института связи,
Милой Люшковой. После длительных настойчивых
ухаживаний Мила приняла мои руку и сердце, и 22 мая 1965 года мы
поженились. В 1966-м г. у нас родился сын Илюша, а в 1970-м – дочь Лёля

265

(Лея). На данный момент у нас 3 внука и 3 внучки возрастом от 4 до 25 лет.
Сын и 2 внука живут в США, остальные – в Израиле.

В 1993-м году в нашей с Милой жизни начался новый этап –
репатриация в Израиль. Мы поселились в городе Реховот, где уже
проживала наша дочь Лёля с мужем Борисом Шерманом, который в это
время делал докторат в Институте Вейцмана. У них только-что родилась
дочь Далия, наша первая внучка. Илюша уже жил в США.

Абсорбция началась с уборки полов в больнице "Каплан" и работе в
мастерской по сборке трисс (жалюзи). По вечерам занимался на курсах
иврита. Через год поступил на курсы операторов станков с программным
управлением (CNС). Одновременно в Институте физкультуры им. Вингейта
получил диплом судьи по настольному теннису и стал судить в чемпионате
Израиля. Занялся настройкой пианино, благо опыт я приобрёл ещё в
Москве и ключи для настройки прихватил с собой.

Только через 3 года после репатриации в возрасте 59-ти лет удалось
устроиться на завод "Novametal" в качестве оператора фрезерных станков
СNС, на которых изготавливают высокоточные детали для предприятий
высоких технологий. Помогло наличие у меня изобретений, –
воспользовался помощью "Фонда Шапиро". Как и 40 лет назад –
фрезерные станки (правда, другого уровня); можно сказать, что круг
замкнулся. На 20 лет этот завод и его коллектив стали мне вторым домом.
В 2017 году меня довольно трогательно проводили на пенсию.

Мила очень быстро освоила иврит, закончила специальные курсы
переквалификации программистов (по наводке Зуни) и на первые годы
стала в семье главным поставщиком средств существования. Мы купили
двухкомнатную квартиру. Вместе с внуками и друзьями начали
путешествовать по нашей стране, стали разъезжать по миру – побывали
более, чем в 20-ти странах. Через 10 лет купили красивую 3-х комнатную
квартиру в новом районе, где и проживаем.

Я продолжаю вести активный образ жизни: экскурсии, бассейн,
настольный теннис, ну и, конечно, продолжаю заниматься с внуками.
Каждый из них в своё время прошёл через мои руки. Учил ездить на
велосипеде, играть в различные игры.

Временами беру в руки скрипку, и пальцы сами вспоминают пьесы 60-
летней давности.

В моём активном долголетии прошу "винить" мою любимую и
дорогую половину.

266

Мила Люшкова (1943)

Родилась в г. Иркутск. Названа в честь брата Милика (Самуила),
умершего в 1942 г. в эвакуации в г. Фрунзе (ныне Бишкек). Отец – военный
инженер-строитель Люшков Израиль Самуилович, мама – Карчевская
Эсфирь Борисовна, бухгалтер. С 1944 г. – в Москве. В 1965г. окончила
Московский электротехнический институт связи. Работала программистом
в радиолокационном институте и в институте прикладной геофизики. В
ИПГ занималась обработкой телеметрической информации с
метеорологических спутников. С 1993г. – в Израиле. До 2005 г. работала в
фирме программистом на компьютерах AS-400, участвуя в разработке
разнообразных проектов для "народного хозяйства".

Мила Люшкова о детях и внуках
Илья Кизнер-Люшков (1966), в США – Elias Lu, наш старший сын.

С детства отличался своей неординарностью и непростым характером,
был гиперактивен, остёр на язык, самостоятелен и, как сейчас говорят,
креативен. О его "приключениях" можно написать книгу. В 6 лет, без денег,
самостоятельно добрался домой в Гольяново из Востряковского кладбища
(автобус, электричка, метро, автобус – дорога на 2,5-3 часа). Постоянно
что-то изобретал и исследовал окружающую местность, где бы ни
находился. Часто менял свои увлечения, о чём в более старшем возрасте
можно было судить по книгам в его шкафу. Обладал способностью
притягивать к себе неприятности. Отношение к нему никогда не было
равнодушным: или резкое неприятие, или восхищение. Повезло с первой
учительницей, Майей Семёновной: Илюшина непредсказуемость и
оригинальность мышления настолько импонировали ей, что она даже
брала его с собой в летний лагерь. Несколько лет проучился в
музыкальной школе по классу фортепиано, определив туда себя сам. На
вопрос, как его занятия музыкой, отвечал: "Пока терплю".

С детства много болел, и естественным образом сформировалось его
влечение к медицине. В 7-летнем возрасте в клинике в Ялте он так
результативно помогал персоналу, что ещё 2 года подряд его бесплатно
приглашали на лечение. В 14 лет, когда Лёля сломала руку, сумел
правильно наложил ей шину. Позднее он успешно прооперировал
попавшую под машину собачку, которую в лечебнице предложили
усыпить. На себе он тоже активно практиковался – недаром наша тётя
Маня называла его "Луи Пастер".

267

Там же в Ялте Илюша впервые осознал свою национальную
принадлежность. Как нам рассказывали, однажды он весь день бегал по
территории клиники, останавливал детей и спрашивал: "Ты кто? А я –
еврей! Понял?" И бежал дальше.

Антисемитская обстановка в Союзе повлияла на его судьбу.
Невозможность поступления в Москве в медицинский была бесспорной,
но молодому человеку трудно было с этим смириться. Окончив
математическую школу №91 в 1983 г. и будучи серьёзно подготовлен и по
биологии, Илюша решил поступать в медицинский в Иванове. Среди
абитуриентов он сразу выделился и приобрёл известность как
"консультант". Для него было ударом, что именно он оказался за бортом.

Поступил в стоматологическое училище, но избежать армии это не
помогло. В 1985 г. он призвался в армию, единственный из его учебной
группы. Нетрудно представить, каково ему было там: еврей, со слабым
здоровьем, непростым характером и стремлением отстаивать
справедливость. В письмах он очень остроумно описывал армейские
будни – можно было только косвенно догадываться обо всем. Слава богу,
что остался жив. Но тема армии стала запретной даже для упоминания.

Демобилизовавшись, он тем не менее продолжал ходить по Москве в
армейском бушлате, эпатируя всех своим видом. Его слова: "Шикарно
одеваться не можем – будем одеваться с вызовом". Буквально на 2-й день
пошёл работать в больницу, в отделение "спецтравмы", куда привозили
покалеченных бомжей и алкоголиков. Поэтому ему доверяли
практиковаться на них. Поступать он стал сразу в 2 института, получив ещё
один аттестат. Времена уже изменились – 1987-й год, перестройка.
Результат был предсказуем. Он поступил сразу в оба, но выбрал 2-й
медицинский. Нас, родителей, поздравляли, а мы про себя думали, что
поступление в институт – это условие необходимое для его окончания, но
для Ильи ещё недостаточное. Так и оказалось. Несмотря на победы в
институтских олимпиадах и успехи в учёбе, проучившись 4 семестра, он
отправился в Америку. Но тоже не совсем обычным путём.

Будучи ещё студентом, он организовал медицинский
психотерапевтический кооператив "Рубикон", в котором, кроме него,
работали врачи. Оценка Илюши: "Я и сам удивляюсь, но многим это
помогает". Успешная практика позволила ему накопить средства для
поездки в Америку (1990 г.), где он каким-то образом связался с "хабадом"
(иудейское религиозное движение). Надо сказать, что в Москве и до

268

иудаизма Илюша успел "отметиться" и в общине кришнаитов, и у
баптистов. Он стал посещать йешиву и, проявив свои способности, получил
направление в Rabinical college в Штаты для продолжения учёбы. Как
всегда, он действовал самостоятельно и никого в свои планы не посвящал.
Мы только видели, что он интенсивно изучает английский.

И вот май 1991 г. Мы возвращаемся из Костромы (экскурсия) и –
сюрприз, – узнаем, что назавтра
Илья улетает в Штаты. Конечно, его
характер никак не сочетался с
условностями религиозного образа
жизни. И очень скоро он покинул
эту общину, лишившись всех
пособий. Началась его "одиссея".
Мы ничем не могли ему помочь, да
он и не обращался к нам. Годы
учёбы в московском медицинском
пропали даром. Предстояло
начинать всё сначала, не имея
никакой поддержки. Надо было
обеспечивать своё существование и
ещё оплачивать учёбу. Был
вынужден браться за тяжёлую
физическую работу. Трудности

бытия заставили его ещё больше замкнуться, и с американскими
родственниками он не общался.

Сначала он получил лицензию на работу в качестве медбрата. Затем
окончил учебное заведение в Калифорнии по нетрадиционной медицине
(акупунктура и пр.). Потом уже получил степень доктора в области
конвенциональной медицины. Но характер изменить трудно. Наличие
медицинских лицензий в различных штатах не пересилило его тяги к
приключениям и экстремуму. Он то работает врачом в Неваде в тюрьме
для особо опасных преступников, то в индейской резервации, продолжая
вести кочевой образ жизни.

Все уже думали, что создание собственной семьи – не его удел. Но и
тут он оказался верен себе. В июле 2011 года мы получаем приглашение
на церемонию бракосочетания. Первая реакция – это розыгрыш. Никто не
верит в истинность события. Но кто же его избранница? В приглашении

269

указано её имя, Michelle-Ann. Всезнающий Фейсбук сообщает, что она
филиппинка и моложе Ильи ровно на 20 лет. Ему 45, а ей 25. Вот так. Позже

выяснилось, что познакомились они по Интернету. Сейчас семья живёт в
городке Хендрикс, пригороде Лас-Вегаса. У них двое замечательных
красивых детей. В феврале 2012 года родился Грег и в ноябре 2014 – Эван.

Лёля (Лея) Шерман – Кизнер (1970), младшая дочь.

Полная противоположность старшему брату.
Росла доброй, ласковой и наивной девочкой, искренней до
прямолинейности. Эти её качества плохо согласовывались с характером
брата, от которого она в детстве немало натерпелась.
Отличалась привязанностью ко всем родным. Особенно она любила
бабушку Фиру ("бебу"), с которой жила летом на даче, а в раннем детстве
и в Москве, когда болела, что бывало нередко. Была и осталась очень
впечатлительной и чувствительной. Ей было 6 лет, когда умерла моя
бабушка (её прабабушка Двося), к которой Лёленька очень нежно
относилась. Она так горько плакала, что я пожалела, что сказала об этом.
Через год умер её дедушка (мой папа, Израиль Люшков). А за несколько
месяцев до этого Лёля нечаянно опрокинула стакан с горячим чаем ему на
колени. И оказалось, что она очень долго переживала, считая, что дедушка
умер именно от этого. Помню, каким потрясением в подростковом
возрасте был для неё фильм Ролана Быкова "Чучело".
В детстве писала рассказы, стихи и всегда поздравляла всех в
стихотворной форме. Мечтала стать учительницей, и первой её ученицей
была двоюродная сестра Марийка, будущая художница Мария Гивнер,
которая к 40-летию Лёли собрала, проиллюстрировала и напечатала её

270

стихи. В 1985-1986 гг. Лёле посчастливилось учиться в литературном классе
у выдающегося педагога Льва Соломоновича Айзермана. Но оканчивала
она школу уже в педагогическом классе.

В 1987 г. поступила в педагогический институт (МГПИ им. Ленина) на
факультет дефектологии на отделение сурдопедагогики. Выбор этого
направления определился под влиянием нашей родственницы,
известнейшего специалиста в этой области, доктора Брониславы
Давыдовны Корсунской. Но, видимо ей, как и брату, не суждено было
здесь доучиться.

С детства осознавала своё еврейство. Гуляя во дворе, радостно
сообщала, что у брата бар-мицва, и объясняла, что это значит. В 15 лет
впервые со мной попала в синагогу на празднование Симхат-Тора. В 19
лет отправилась в еврейский летний лагерь на раскопки Вильнюсского
гетто. Это стало поворотным моментом в её жизни. Она приняла
еврейское имя Лея и решение об алие (репатриации.) Вернувшись, подала
документы на выезд и стала активно готовиться к отъезду: учить иврит,
посещать лекции по еврейской традиции, заниматься на курсах
английского и вождения.

В 1990 г., ещё до алии, пройдя собеседование, Лёля отправилась в
Израиль с группой молодёжи для совершенствования иврита. По
возвращении ещё успела побывать в Чехии в составе студенческой
делегации из института. Вскоре после этого получила израильскую визу, и
отъезд стал реальностью. Мы не препятствовали, так как никто не знал, как
долго будет открыта на выход распахнувшаяся дверь. Но отправляться в
Израиль Лёле предстояло одной: мы ещё не были готовы.

И вот 30 марта 1991 г. Лёля приземлилась в аэропорту им. Бен-
Гуриона. Это был канун Песаха, и только что закончилась война в
Персидском заливе и обстрел Израиля скадами из Ирака. Лёле только 20
лет. Она – ПЕРВАЯ израильтянка из всех Кизнеров и ближайшей родни
Люшковых. Знаменательный факт!

Этот решительный шаг был началом её самостоятельной жизни.
Надеяться не́ на кого. И наша скромная воспитанная девочка проявляет
волю и упорство. Надо всего добиваться самой. Первые 4 месяца она
живёт в Беэр-Шеве с семьёй моих знакомых и сразу же начинает работать
(с условием: только иврит!) в группе продлённого дня с детьми новых
репатриантов. Затем поступает в Тель-Авивский университет на
дефектологию, отделение сурдопедагогики, не изменяя ранее выбранной

271

специальности. Та же история, что и у Илюши. Надо начинать учиться опять
с 1-го курса, и к тому же, на иврите и с учебниками на английском. С
огромным трудом, проявив настойчивость, добивается общежития. За
обучение платить не надо (льгота для олим), но за жилье и питание – да.
Лёля даёт уроки иврита и "растягивает" на год начальное олимовское
пособие. В первые летние каникулы берёт курс по иудаизму в Бар-
Иланском университете, благо там обеспечивают стипендией и
предоставляют общежитие. Связь с нами поддерживается редкими
звонками и частыми письмами.

В начале 1992 г. репатриируется в Израиль моя сестра Нелли с семьёй,
а вскоре и любимая бабушка Фира, и Зуня с семьёй. Лёля уже не одна. На
наше общее счастье летом 1992 г. Лёля знакомится с Борисом Шерманом
(1964). Вспыхивает бурный роман. Боря с родителями и сестрой
репатриировался из Еревана раньше, в декабре 1990 г. Чудесная
интеллигентная семья нашего менталитета. Борины родители Григорий
Петрович и Елизавета Израилевна в своё время попали в Ереван из
Москвы после окончания института (по распределению).

В то время Боря делал 3-ю степень (докторат) по квантовой оптике в
Институте им. Вейцмана в Реховоте. Сейчас разрабатывает алгоритмы для
управления автономными автомобилями (без водителя). Очень
талантливый, благородный и преданный семье человек, эрудит и
острослов.

На церемонию бракосочетания (хупу)
Лёли и Бори в январе 1993 г. мы не смогли
прилететь (по материальным причинам).
Было всё до крайности скромно. Никаких
ресторанов и пышных нарядов. Из Москвы я
прислала Лёле сшитую мною юбку и
нарядную блузку. Но зато присутствовали
обе бабушки! Это моя мама, Эсфирь
Борисовна, и Роза Давыдовна.

17 августа 1993 г. я совершила алию.
Петя остался в Москве завершать
необходимые дела. А я спешила помочь
студентке Лёле с новорождённой
Даленькой. Сейчас в семье Шерман 4 детей. Кроме старшей, Дальи: Лиора
(1996), Рон (2002) и Эстер (2007). Семья соблюдает еврейские традиции.

272

После завершения учёбы Леля занималась обучением детей с
различными отклонениями, а потом разработала свой собственный курс
по развитию логического мышления у детей. Сейчас продолжает работать
в этом направлении с детьми различных возрастов, при этом много
времени уделяя семье и детям.

Далия Шерман ‫( דליה שרמן‬1993)

Названа в честь пра-прабабушки Двоси, которую нежно любила Лёля.
Деликатная, тактичная, чувствительная, умная и рассудительная. Не любит
выделяться, но перфекционист. Прекрасно училась в школе, выбрав на
высший уровень (5 ‫ )יחידות‬предметы физика и средства коммуникации. Её
средний балл по багруту – 110 (100+бонус). Даленька уже окончила учёбу,
а в школе продолжали "ходить" её конспекты. Замечательно умеет
планировать время и добиваться поставленной цели. Ладит со всеми и
везде, по-доброму и чутко относится к людям и считается с их интересами.

В армии (Цахале) в 2012–2014 гг.
служила в самом престижном роде войск
– военно-воздушном. Работала с картами,
подготавливая лётчикам документацию и
анализируя итоги. В 2015 г. поступила в
Бар-Иланский университет на факультет
инженерной электроники (HighTech).
Одновременно с учёбой начала работать
в знаменитой фирме Intel.

Лучше других наших детей владеет
русским языком. В 14-летнем возрасте
подготовила к 70-летию дедушки видео-
презентацию с титрами на иврите и русском. В позапрошлом году,
участвуя в программе "Таглит" (ознакомительная программа для
еврейской молодёжи из разных стран), выбрала для сопровождения
русскоязычную группу. Любит путешествовать, и очень чётко составляет
программы путешествий. Изучила испанский перед путешествием в
Центральную Америку. Играла в теннис, рисовала комиксы, создавала
оригинальные клипы. Увлекается йогой, латиноамериканскими танцами и
их новыми видами. Очень внимательна к дедушке и бабушке, просвещает
их по поводу технологических инноваций. Своими первыми навыками по
созданию клипов я обязана Даленьке.

273

Лиора Шерман ‫( ליאורה שרמן‬1996)

С детства отличается сильным, "командирским" характером (везде на
первых ролях) и отличными способностями: в детстве рисовала, сочиняла
рассказы. Очень хорошо плавает. С лёгкостью приобретает любые навыки
и находит решения возникающим проблемам. Уже в раннем возрасте
проявляла самостоятельность и ответственность. Много и успешно
работала с детьми разных возрастов в летних лагерях и как бэби-ситер,
начав в 13 с половиной вместе с Дальей в детском саду у младшей сестры.
Свои лидерские качества реализовала в движении "ЦОФИМ" (скауты).

Экзамены по математике и физике (уровень 5 ‫ )יחידות‬на багрут

(аттестат зрелости) сдала ещё за год до окончания школы с высочайшим
средним баллом. На багрут в качестве режиссёра с успехом поставила
спектакль по мотивам кинофильма "Человек дождя". Ещё в школе сделала
психотест (для будущего поступления
в университет) с очень высоким
результатом: 718 баллов из 800.

Патриот Израиля. После
окончания школы в 2015 г. работала в
кибуце на границе с Газой. Прошла
жесточайший отбор в элитное
подразделение Цахала (армия
обороны Израиля), занимающееся
электронной разведкой. После
окончания специальных курсов
отслужила 3 года и была награждена
грамотой командования как отличившаяся (в числе 25 солдат из 900).
Участвовала от армии в программе "Таглит", сопровождая группу
англоязычной молодёжи. Сейчас оставлена в качестве преподавателя на
специальных курсах, где разработала собственную программу для более
эффективного обучения.

Рон-Цви Шерман ‫צבי שרמן‬-‫( רון‬2002)

Родился в Реховоте, Израиль. Назван в честь прабабушки Розы
Давыдовны и дедушки Гриши (Гершона). Рос добрым, тихим и послушным
мальчиком, не создающим проблем своим родителям. Нежно относился к
маленькой сестрёнке Эти, никогда не ревновал её к маме. До увлечения
компьютерными играми очень много читал – был "книжным червем". В

274

школе о нем всегда дают

хвалебные отзывы не только

как об отличном ученике, но и

как о хорошем товарище.

Внимателен и чуток по

отношению ко всем.

Прекрасно владеет

английским, играет в теннис. В

последние годы, повзрослев,

стал проявлять больше

инициативы. Под влиянием

Лиоры стал вожатым в

движении "Цофим" и досрочно сдал экзамены на багрут по математике.

На высший уровень 5 ‫ יחידות‬выбрал предметы физика и компьютеры.

Увлёкся программированием и даже заработал в интернете свои первые

200$. Сдал экзамены в Бар-Иланский университет на кибернетическое

отделение и собирается совмещать учёбу в школе с получением 1-й

степени в университете. Кроме этого, посещает в институте Вейцмана

круглогодичный семинар для школьников "Мозг" (‫)מוח‬.

Эстер (Эти) Шерман ‫( אסתר שרמן‬2007)

Названа в честь прабабушки Эстер
(Эсфирь) Карчевской. Нежная, чуткая и умная
девочка. Всегда ищет справедливость, боится
кого-либо обидеть и всех жалеет. Сильно
привязана к маме. Очень подвижная и резвая,
уже в 3 года ловко залезала наверх по столбу.
Успешно занималась художественной
гимнастикой. Фантазёрка, придумывает
разные игры, сочиняет рассказы. Её рисунки
отличает особая орнаментальность и
декоративность ("стиль Климта"). Больших
успехов добилась в игре в шахматы. Побеждая в соревнованиях, собрала
большую коллекцию призов и медалей. Сейчас занялась настольным
теннисом (по стопам дедушки и мамы). Удивительным образом
ориентируется в навигации. В этом учебном году заканчивает начальную
школу (6-й класс, "вав"). Обещает продолжить занятия русским языком.

275

Встречи семейств Кизнер и Шерман

276

277

А2В2 А2В3 Ветви детей ДАВИДА – МИРИАМ

А2В2 Древо БОРИСА Кизнера – ДОРЫ Росиной

А2В3 Древо ПОЛИ Кизнер – ИСЕРА Маркзона

278

Гриша Кизнер с родителями Дорой и Борисом

279

Израильская ветвь БОРИСА Кизнера

280

Семья ПОЛИНЫ Кизнер из ВИЛЬНЮСА.

281

100-летний юбилей ЮЛИУСА ЛЕБЕДИСА

Справа налево: Лена, Феликс. Сидит - Юлиус
282

А3 Древо МОТИ Кизнера

283

Наша СЕМЬЯ – Ирина Кизнер (Торонто, Канада)

О моем отце БОРИСЕ Марковиче Кизнере

Мы им всегда гордились. Наш папа был всеобщим любимцем. Его
обожали пациенты, родственники, знакомые. Был очень мягким добрым
и деликатным человеком. Много занимался с нами, когда мы с сестрой
были детьми. Любил рассказывать нам о созвездиях, географии, пытался
обучить игре в шахматы, но особых успехов не получилось. Кататься на
коньках и плавать тоже научил нас папа. На каток, который был на
городском стадионе, мы ходили с ним вместе вечером, а когда шли
домой, рассматривали небо и говорили о звёздах.

Лиза Сойфер (мама). Дополнила Бориса энергией, решительностью,
деловитостью. На фоне работы успевала нас обшивать, вязать красивые
вещи. Как сказала её внучка Аня, когда ей было 16 лет: "У нашей бабушки
огонь в крови".

Коротко история нашей семьи в Луганске и Кадиевке, Луганской
области, Донбасс.

Каким-то ветром "советской жизни" занесло туда немало еврейских
семей... Семья Лизы Сойфер, ещё в начале 30-х была переселена в Луганск
(тогда Ворошиловград) как семья лишенцев в правах. Её отец, Анатолий
Сойфер, был мелким предпринимателем, по тем понятиям почти враг
народа. Лиза с Борей сразу после войны встретились в Москве (Борис
поступил в Московскую военную академию). Но так как Лиза поставила
условие, что она ни за что не хочет быть женой военного, Борис ушёл из
академии, привёз Лизу в Харьков к своим родителям в маленькую
двухкомнатную квартиру, где хозяйкой была Берта. Лиза с Борей стали
студентами стоматологического института, родили Милу. Жилось тесно,
трудно. Туда же приехала Лара с грудным Яшей. Яша родился 12 мая 1947
г., а Мила – 25 июля 1947 г.

Лиза часто ходила на занятия с грудной Милой. Найти отдельное
жильё было невозможно, ведь Харьков очень пострадал во время войны.
Поэтому сразу после окончания учёбы Лиза опять поставила свои условия,
и они уехали к её родителям в Ворошиловград (ныне Луганск). Там в 1950
году родили меня.

Папа не мог устроиться на работу, ездил по окрестным посёлкам.
Наконец, нашёл постоянную работу в этой самой Кадиевке. С помощью
отца Лизы построили дом и осели там. Я помню, как почти каждый день к

284

нам приходил молодой Лёня (двоюродный брат папы). Он преподавал
физику в техникуме. Мне было 6 с половиной лет, когда меня начала учить
музыке молодая красивая Мария Абрамовна. Она же меня научила
выговаривать букву "Р". У меня с этой буквой была большая проблема. Я
иногда даже на вопрос: "Как тебя зовут?", отвечала: "Нина", – ну, чтобы не
переспрашивали. Конечно же, через какое-то время Мария Абрамовна
стала Мурой. Один раз Лёня и Мура со своей дочкой Анечкой приезжали
в Москву. Есть фотография совместного застолья (кажется, 1974г.).

285

После этой встречи мы уже не виделись. Наверное, расстояние
прервало общение. Я не знаю, почему взрослые не поддерживали
отношения. У меня-то была молодая жизнь в полном разгаре.

* **
Первый тяжёлый инфаркт у папы случился летом 1963 года. В
больнице папа был больше месяца. Неожиданно к нам в Кадиевку
приезжает на машине с семьёй из Еревана Ваган Хачатрян, с которым папа
прошёл почти всю войну. Их было 4 друга: Борис Кондратюк – русский,
Анатолий Гречаный – украинец, Ваган Хачатрян – армянин и Борис Кизнер
– еврей. Боевой интернационал.
После первого инфаркта был второй и третий. Несмотря на это, папа
никогда не относился к себе как к больному. Ещё когда Толя и Мила жили
в Ильинке, приезжал к ним помочь по хозяйству, ездил на велосипеде в
лес, отстаивал в очередях за продуктами и нёс тяжёлые сумки, пока они
были на работе. То же самое делал и для нас с Володей. В Люберцах они
жили на 8-м этаже. Часто предпочитал подниматься по ступенькам, не
пользуясь лифтом. Он всегда хотел и был в форме, на ходу.
18 марта 1981 года нашей маме должно было исполниться 60 лет.
Папа знал, что ей хотелось гранатовое ожерелье. Он купил или, как тогда
говорили, достал заранее красивые гранатовые бусы и припрятал их. Но
почему-то за несколько дней до 26 февраля папа их достал и дал маме,
извинился, что заранее. Но уж очень ему хотелось её порадовать.
26 февраля 1981 года днём папа встретился с Милой в метро. Что-то
ей передал. А вечером перед сном, как обычно, пошёл принять душ.
Переступая через край ванны, упал навзничь на пол. Мама подбежала,
услышав удар, – папа уже был мёртв. На ходу. В одну секунду. После
инфаркта у него была аневризма задней стенки сердца.
Около 12 ночи Миле и мне позвонила мама и сказала, что папе очень
плохо. Мы обе поехали на такси в Люберцы, уже понимая...Папа лежал на
тахте с гримасой боли. Он был мёртв.
29 марта ему исполнилось бы 64 года.
Когда папы не стало, проститься с ним приехали все трое фронтовых
друзей: из Еревана, из Киева и из Харькова. Бориса Кондратюка,
приехавшего из Харькова, снимали на руках с поезда. У него была сломана
нога.
В прощальном слове Ваган сказал: "Красивый человек. Красиво жил.
Красиво умер".

286

Наша семья

В 1969 году мы переехали в Харьков, в старую квартиру Моти и Берты,
недалеко от главного харьковского вокзала. Мотя с Бертой и Эллочкой к
тому времени переехали в кооперативную квартиру в новом районе
Салтовка. Я училась в Харьковском инженерно-экономическом институте
на факультете экономики горной промышленности.

Лиза работала в стоматологической поликлинике, а папа вместе со
своим близким другом (ещё со студенческой скамьи) открыли
зубопротезный кабинет.

А наша Мила, окончив машиностроительный техникум, вышла замуж
за Анатолия Арова. Анатолий к тому времени окончил Луганский
машиностроительный институт с красным дипломом и был направлен по
распределению в подмосковную Электросталь. Мила с Толей оба
работали на Электростальском машиностроительном заводе, родили в
декабре 1971 г. Аннушку. Толя перешёл работать в Московский
ЦНИИТМАШ и начал работать над кандидатской диссертацией.

Ну, а недавние харьковчане, Борис и Лиза, стали строить планы по
переезду поближе к дочке и внучке. В результате старая харьковская
квартира была обменена на комнату в Электростали как временный
вариант.

Я осталась в Харькове и через год присоединилась к родителям.
Началась наша, не совсем лёгкая, подмосковная жизнь. Временный
вариант затянулся. Лиза устроилась на работу в детскую
стоматологическую поликлинику на 2й Фрунзенской набережной. Каждый
день ездила на работу электричкой до Курского вокзала и потом метро.
Папа уже чувствовал себя не очень хорошо после 2-х инфарктов и к тому
времени не работал. Помогал с внучкой.
Я начала работать в ИГИ (Институт горючих ископаемых, Ленинский
проспект, ул. Стасовой) в лаборатории экономических исследований. К
большому удовольствию сотрудников этой лаборатории её перевели из
главного здания на Васильевскую ул. (между станциями метро
Маяковская и Белорусская), прямо напротив Дома Кино.
В те "застойные брежневские годы", тем более вдали от отдела
кадров, мы иногда пользовались рабочим временем в своих интересах.
Взрослые "тётеньки" бегали по улице Горького за "дефицитом", а молодые

287

м.н.с58 могли стоять, например, в очереди в кинотеатре "Москва" за
билетами на шведский фестиваль фильмов. Это было в ноябре 1974 г.

Видимо, в этом районе таких вольных работников было немало.
Очередь была многочасовая. Стоящие рядом перезнакомились, занимали
очередь друг для друга на следующий день. Там же оказался выпускник
МЭИ Володя Лебединский, который работал неподалёку на Малой
Бронной. В результате в ноябре 1976 года родился наш Роня.

Толя и Мила

Когда Толя начал работать в Москве в институте, их выселили из
ведомственной квартиры в Электростали. ЦНИИТМАШ имел свою
ведомственную жилплощадь в Ильинке по Казанской дороге, сразу после
Малаховки и Быково. Толя с семьёй переехали в старенький домик в
Ильинке. Оба ездили на работу на электричке.

Родители после нескольких лет жизни в Электростали получили,
благодаря работе Лизы, двухкомнатную квартиру в новом доме в
Люберцах на Новорязанском шоссе почти у кольцевой дороги Москвы.

Толя работал над диссертацией параллельно с работой, успешно
защитился в 1974 г. В 1978 г. был представлен к государственной премии
за разработку и расчёт крышки атомного реактора. В 1979 г. им удалось
поменять Ильинскую жилплощадь на двухкомнатную кооперативную
квартиру в "хрущёвке"59 у метро Щёлковская. Мы оказались соседями.
Володины родители оставили нам их 2-хкомнатную, тоже в "хрущёвке", и
тоже у метро Щёлковская. Лиза к тому времени ушла с работы, чтобы
сидеть с маленьким Роней.

Казалось, жизнь налаживалась.
Но это только казалось. Настроение и отношение к "советской
действительности" в нашей семье было, как и у многих к тому времени,
критическое. Уже началась "еврейская эмиграция". Одна из подруг Милы,
уезжая в эмиграцию, записала их ещё ильинский адрес на резинке трусов
и передала в Сохнут60.

58 Мнс – младший научный сотрудник.
59 Хрущёвка (хрущоба) — кирпичный или панельный дом, построенный
во времена Хрущёва.
60 Сохнут́ — международная сионистская организация, занимающаяся
репатриацией в Израиль.

288

Уже переехав в Москву и прожив всего полгода, Толя получил вызов
из Израиля, который нашёл его по новому адресу. Незамедлительно его
вызвали в отдел кадров института, где он работал, и строго спросили,
почему он не сообщил им о родственниках за границей.

Решение было принято. Толя и Мила уволились с работы и подали
документы в ОВИР61 на выезд в конце 1979 года.

Началась другая жизнь. Почти через год, не имея никакой
информации из ОВИР, пришлось искать способ заработка. Мила и Толя "по
блату" неофициально устроились подрабатывать малярами в
строительное управление при Союзе писателей. Приобретя кое-какие
навыки, пошли выше – ремонты в частных квартирах.

В этот же период Толя с группой других ожидающих разрешения на
выезд ходил на пикеты у Президиума Верховного Совета. У их подъезда
начали дежурить "чёрные Волги". Это было начало 1981 года. У нас у всех
было очень тревожное настроение.

А в первых числах марта Толя и Мила получили письмо с разрешением
на выезд. Они пришли с этим письмом к маме и сказали, что как она
скажет, так и будет. Ответ был однозначным. 1 июля 1981 года мы их
провожали в Шереметьево. Уезжали как "враги народа", лишённые
гражданства, ещё и заплатив за это. В Шереметьеве на таможне получили
полную программу издевательств. Начиная от утерянных на проверке
документов и случайно нашедшихся, разломанных игрушек и ещё каких-
то ерундовых предметов, – что-то искали внутри.

Уже находясь в Италии, Толя пошёл на "блошиный рынок" продавать
их новое одеяло, которое взяли с собой, и свой костюм. В кармане
пиджака обнаружил свёрток с советскими десятками, которые
определённо были подложены. Поэтому и документы там якобы
терялись, но видно, у ребят из органов произошла какая-то нестыковка.

В Италии прожили 4 месяца (тогда это был перевалочный пункт для
евреев), пока не получили в канадском посольстве рабочий гарант для
Толи на работу в Ванкуверский университет. В ноябре 1981 года их семья
приземлилась в Канаде, в прекрасном городе Ванкувере на берегу Тихого
океана, окружённого горами. Началась типичная иммигрантская жизнь:

61ОВИР (аббревиатура от Отдел виз и регистрации) — подразделения
МВД СССР, занимающееся оформлением выездных документов.

289

курсы по изучению языка у взрослых,
начальная школа у Аннушки. Образовался круг
друзей, таких же "бывших наших" людей. Но
после окончания годового языкового курса
обещанной работы в Ванкувере уже не было.
Толя поехал в Торонто искать работу. Ему
удалось устроиться программистом на
авиационный завод. Семья переехала.

Дочка Милы и Толи, Анна Арова, в 1995
году заканчивала университет. Она уже год встречалась с Марком Сросби,
который приехал погостить в Торонто из Австралии после окончания
университетской программы магистратуры по иммунологии. Влюбившись
в нашу Аннушку, Марк остался в Торонто, надеясь получить работу в
Торонтском университете. Диссертация по специальности уже была
написана. Ему нужна была так называемая, post doctors program. Его взял
на работу в свою лабораторию профессор, который вскоре уезжал в
Калгари. Приглашал Марка с собой, но Аннушка ещё училась и жила в
Торонто. Марк остался, пережил канадскую зиму, после вечного
австралийского лета, был без работы, но зато рядом с любимой девушкой.
Он рассылал своё резюме во многие университеты, но мечтал попасть в
Парижский центр Пастера, который был одним из лучших научных
учреждений по его специальности.

В начале июня 1995 года Марк получил приглашение из Парижа. В
середине июня у Аннушки была церемония вручения диплома, а в конце
июня была красивая свадьба. Молодожёны уехали в Париж.

29 ноября 1996 года в Париже родились близнецы Майя и Софи.
Через три года семья

Аров- Сросби переехала в
Голландию. Марк, ещё
работая в Пастеровском
центре, вёл совместную
работу с голландской
научной лабораторией,
которая пригласила его
на работу в Ютрехт.
Ютрехт – старинный
университетский город с множеством каналов, красивых парков, старых

290

прелестных особняков, в получасе езды от Амстердама. Работа была
интересной, голландская жизнь нравилась. Через несколько лет и
Аннушка получила право на работу. Купили дом, дети пошли в школу.
Сейчас они учатся там же в университете.

Жизнь нашей семьи в Москве

Наша жизнь тоже стала другой. Без папы, без сестры, брата и любимой
племянницы. Мама была сосредоточена на ожидании писем и редких
телефонных разговоров. Было ощущение, что мы никогда не увидимся.
Уже во второй половине 1981 г. полностью закрыли возможности выезда.

Нужно было как-то обустраиваться в сложившейся ситуации. Занялись
обменом люберецкой квартиры, в которой жила Лиза, теперь уже одна,
на московскую. Двухкомнатная люберецкая квартира превратилась в
однокомнатную на проспекте Вернадского, недалеко от станции метро
Юго-Западная. Мы, в свою очередь, с некоторыми сложностями
переехали в район метро Кунцевская. Целью переезда было "в радиусе 3
рублей на такси от мамы". Роня уже был школьник. Мы продолжали
работать. Володе пришлось сменить работу из-за того, что у него был
"допуск секретности", то что для нас было нежелательно.

Но в то же время жизнь была очень насыщенной и интересной. У нас
было много друзей, книги, театры, поездки. От нас недалеко была
платформа "Рабочий посёлок" Белорусской дороги, Усовская ветка. Летом
часто ездили в Барвиху купаться на Москва-реку. Мила с Толей баловали
нас, присылая посылки с красивыми вещами. Времена начали меняться,
наступила "перестройка". Мы, как и многие тогда, были оглушены потоком
новой информации. "Железный занавес" приподнялся.

В начале 1987 года мама получила гостевое приглашение от Милы и
Толи, начала обивать пороги ОВИР. И что тогда казалось невероятным –
получила зарубежный паспорт (по возвращении его нужно было сдать в
ОВИР). Осенью мы провожали нашу маму в гости в Канаду. В подарок она
везла ароматную "антоновку". Происходящее казалось нереальным. До
своего отъезда летом 1991 года наша здравомыслящая и критически
настроенная мама, тем не менее, всегда чувствовала благодарность к
Горбачёву, который дал ей возможность увидеться с уехавшей дочкой. А
благодарить надо было Рейгана и Израиль…

Следующее приглашение получила я вместе с 11-летним Роней. Мы
поехали в гости в Канаду летом 1988 года. Первый раз в жизни едем за
границу. Перелёт до Монреаля. Тогда прямых полётов в Торонто не было.

291

Переезд в Монреале из одного аэропорта в другой. Перелёт из Монреаля
в Торонто. Все казалось необычайным. Вот, наконец, и встреча в аэропорту
в Торонто.

Когда моя сестра увидела нас, первое, что она сказала: "Что с тобой
стало?" Я была почти полностью седая. Месяц мы провели вместе. В доме,
в котором они тогда снимали квартиру, казалось все необыкновенным. Во
дворе был бассейн, даже какой-то особенный и приятный запах в
коридорах здания. Мы не могли наговориться. Мила часто сидела и просто
смотрела, как мы, например, едим. Мы как будто осознавали, что это нам
не снится.

В 1989 году мы поехали в гости в Канаду вдвоём с Володей. В этом же
году приехали в Москву Мила с Толей. После этого Толя приезжал в
Москву ещё несколько раз. Он открыл свою компанию, пытался наладить
научные связи. К тому времени у него было зарегистрировано несколько
патентов. Привёз для нас, на всякий случай, анкеты для оформления
независимой эмиграции в Канаду. Как нам тогда казалось, мы их на всякий
случай заполнили и отнесли в канадское посольство в Москве в конце
1989г.

Мама получила в канадском посольстве уже в 1990 г. Landed
immigrant visa (воссоединение семьи: дети-родители). Тогда это было
просто и быстро, но никакого решения не принимала. Я вообще старалась
об этом не думать, с сестрой и её семьёй возможность видеться была, и со
своей, уже привычной московской жизнью, друзьями, родственниками не
хотелось расставаться. По-настоящему уехать хотел только Володя. После
всей открывшейся информации, он в этой стране жить не хотел, тем более
понимая, что кардинально что-то может измениться очень нескоро.

В августе 1991 г. приехал очередной раз Толя, он останавливался у нас
в Кунцево. 18 августа вечером мы узнали о противостоянии у Белого Дома.
Поздним вечером канадский гражданин Толя Аров, я и моя подруга (мы
жили в одном доме) поехали к Белому Дому, провели там несколько
часов. Ранним утром к нам приехала моя родственница Вера, и мы с ней
поехали в центр. Вышли у гостиницы "Москва", мимо нас шла колонна
танков. Куда-то пробиться дальше было трудно и жутковато. Мы
вернулись к нам домой. Перед тем, как войти в квартиру, я открыла
почтовый ящик. Там был толстый пакет из канадского посольства с
документами на въезд в Канаду и разрешением на постоянное место
жительства.

292

Наша семья в Канаде

Приехав в Канаду в 1991г., при получении гражданства я перешла
опять на свою фамилию Кизнер. И мой муж Володя Лебединский был
согласен, чтобы наш сын Роман (в семье Роня) носил фамилию Кизнер. В
честь своего дедушки, которого он не помнит (был маленький, когда
дедушки не стало), но знает, каким достойным человеком он был. Тем
более, что фамилию Лебединских продолжает родной племянник Володи.

Новая жизнь в другой стране для тех, кто эмигрировал в начале 90-х
начиналась нелегко. Не важно, был ли это Израиль, Америка или Канада.
В основном приезжали без денег, без знания языка. Шли учиться, рады
были любой работе, приобретали новые профессии. Ну и конечно,
скучали, теперь уже по тем, кого оставили там. Иллюзий не было.
Основным смыслом для большинства, таких как мы, было то, что уехали
мы для детей, которые вырастут в нормальной стране.

Ведь мы, получив в конце августа канадский вид на жительство, не
стали оформлять, тогда ещё в советском ОВИРе, разрешение на выезд,
которое занимало почти год. Так как решение было уже принято, нужно,
чтобы Роня не терял год учёбы в новой стране.

Мы оформили в ОВИРе очередную поездку в гости, взяли с собой пару
чемоданов, разрешённые для обмена 600 долларов, оставили квартиру и
всё содержимое в ней, отдали ключи Давиду (двоюродный брат Лизы) и 6
октября 1991 вылетели в Торонто. Роне было почти 15 лет, и он был принят
в 9-й класс.

В Канаду тогда из России, в основном, приезжали как бы "беженцы",
и им давали сразу же пособие – вэлфер. Нам же нужно было зарабатывать.
Поэтому брались за любую работу. Тем более, что именно в 1991 году в

Канаде началась рецессия, и с устройством на
работу было очень трудно.

Основным кормильцем стал Володя. Он
сдал экзамен для получения лицензии
электрика. Но быстро получить работу,
используя эту лицензию, не получилось.
Пошёл работать на мебельную фабрику. Мы с
Роней подрабатывали и учились – он в школе,
я в колледже.

Через полтора года Володе удалось
получить уже более квалифицированную

293

работу на машиностроительном заводе – quality control inspector,
инспектор по качеству продукции.

Летом 1994 года мы первый раз поехали в Москву: Володя в отпуск на
пару недель, а я на два месяца. Нужно было решать вопрос с квартирой.
Спонтанное решение 1991 года оказалось "не только вредным, но и

полезным". В России уже наступил, правда дикий, но все-таки
"капитализм". Квартира приобрела некую стоимость. Её купили наши же
соседи для взрослой дочери.

В Торонто мне удалось устроиться на работу в небольшую русскую
компанию. Мы уже оба имели постоянную работу, Роня поступил в
университет. Первый взнос на покупку жилья был благодаря московской
квартире. Володя продолжал работать на заводе, а я оставила работу в
компании и стала работать самостоятельно.

В Торонто достаточно большая "русская комьюнити", у нас
образовалась хорошая компания друзей-москвичей, с которыми часто
выезжали на "природу". В Канаде много красивых мест.

Ну а летом 1996 года, несмотря на всякие финансовые трудности
(небольшие зарплаты и выплату квартиры), мы решили поехать в Париж.
Грех было не поехать, пока у Марка (мужа племянницы Аннушки) не
закончился контракт, и мы могли у них остановиться. Снимать гостиницу
мы ещё позволить себе не могли.

294

Роня хотел пойти по стопам дедушки и
бабушки – изучать медицину. На третьем
курсе понял, что это не совсем его, и поменял
специальность на изучение математической
статистики и финансовой математики.
Закончил университет по специальности:
actuarial science. После окончания
университета успешно работал, увлекался
горными лыжами, походами. Оставался, ещё
какое-то время, активистом университетского
туристического клуба. Много путешествовал,
это увлечение у нас семейное.

В 2011 году Роня получил приглашение на работу в USA в г. Ричмонд,
штат Вирджиния, который очень удобно расположен. Два часа –
Вашингтон, два часа – океан, два часа – горы. Появились друзья в
Ричмонде, Вашингтоне. Через полтора года в Вашингтоне познакомился с
Марией Гусевой (папа – Гусев, мама – Элла Гинзбург). Их семья
эмигрировала в Америку в 1990 г. из Ленинграда. У Маши филологическое
образование. В октябре 2014 года Роня и Маша поженились. Летом 2015
Роне предложили работу по его специальности уже в Вашингтоне. В
январе 2016 родился Andrew-Mark. Мы его называем Андроня. Маша и её
родители – Андрюшей.

Фронтовая судьба БОРИСА Марковича Кизнера

(Ирина Кизнер, Торонто, Канада)

Наш папа Борис Кизнер заканчивал
военно-инженерное училище в 1941 году.
Их выпуск был ускорен как раз к началу
войны, и он попал на фронт с первого дня
войны 24-летним лейтенантом. В ноябре
41-го их часть попала в окружение. Чудом
ему удалось выйти. Он прошёл проверку и
был отправлен на передовую. Закончил
капитаном. Имел много наград. В 50-х
годах был призван на переподготовку и
ему было присвоено звание майора. Как и
многие фронтовики, о войне рассказывать не любил.

295

За организацию переправы через реку Бодрог был представлен к
званию Героя Советского Союза, но тогда высшее начальство решило,
что фамилия Кизнер не годится для этого...

Наградной лист Бориса Кизнера

296

Фото Моти с Бертой, Бориса и Лизы

297

Семьи МИЛЫ и ИРЫ Кизнер, дочерей Бориса

298

А4+А5 Древа ЛЬВА и НАУМА

299

Несколько фото семьи ЛЬВА КИЗНЕРА

300

Рузя и Наум Кизнеры в 1954 г.

"Спасибо, что дал жизнь" — о Льве Кизнере

(из опубликованного рассказа Игоря, сына Льва)

Мой отец, Лев Лейзерович (27), родился в Гайсине в 1895 году и
был предпоследним, 11-м ребёнком в семье потомственного шорника.
Роста среднего, телосложения крепкого, глаза серо-голубые, по
внешнему виду и манерам поведения вполне соответствовал образу
ремесленника. Он и был по жизни ремесленником широкого профиля.
Может быть, и по этой причине у нас редко покупались новые вещи –
он мог отремонтировать всё, что угодно.

По характеру – жёсткий и требовательный, особенно к себе.
Обладал невиданной работоспособностью, не был обделён и чувством
юмора, прекрасно пел. Был очень любопытен ко всему, что могло
пригодиться в жизни. Общителен в меру. Душевной тонкостью не
славился, но к концу жизни, что для меня было удивительным, стал
помягче и подушевнее.

Рассказывая о моральных качествах отца, следует отметить, что он
в обыденной жизни был бесхитростным человеком, особенно в семье.
Никогда не обманывал. Думаю, что он был настолько сильной
личностью, что ему незачем было хитрить и врать близким людям. Но

301