101 «Окна и Двери» / фотопроект, 2005, г. Киев
«ОМ» - «АУМ» / ландшафтная скульптура Последний объект, который растворяет FGE в космическом звуке. 24.05.2006 г. г. Киев, гора Дитинка художник Коновалов И. «ОМ» - «АУМ» - «FGE» Еще один зал Fиктивной Gалереи Eкспедиция расположен на вершине Дитинки, - небольшого холма неподалеку от Замковой горы. Провокативная лаконичность этого филиала FGE создает привычную для актуального искусства иллюзию, согласно которой объект «ОМ» мог бы создать школьник, присвой ему статус художника и возможность распоряжаться собственными эскизами, временем, а также относительно небольшим количеством бетона по своему усмотрению. Впрочем, нужно заметить: провокативность FGE никогда не опускалась до банального эпатажа, и жизнеспособность аматорской иллюзии ограничена трудоемкостью исполнения монументального объекта. «ОМ» - это три бетонных концентрических круга, заключенных друг в друге. Форма объекта деликатно располагает к существенному творческому пере-
103 осмыслению пространства вершины киевского холма. С высоты птичьего полета «ОМ» может быть растолкован в качестве мишени; колеса; мандалы; подсвечника; солярного знака; фундамента круглого храма; схематического изображения земного шара в перспективном сокращении, или, скажем, ограды раскопок небольшого мегалитического сооружения. Толкования архаичной символики неисчерпаемы, отчего вышеперечисленное неполно. Исключительно неполно - но верно, как верно все то, что о проекте «ОМ» мог бы сказать любой прохожий: ведь правило, согласно которому произведением искусства является все, что названо художником произведением искусства, распространяется также и на комментарии к последнему. Именно поэтому художники FGE уважительно относятся к высказываниям прохожих. Скажем, палимпсесты, оставленные прохожими на стенках «Kubzona» (kub-x.narod.ru), бережно хранятся в виртуальной библиотеке другого филиала Fиктивной Gалереи Eкспедиция. В процессе создания «ОМ» высокая осмысленность случайности палимпсестов мегаполиса стала причиной актуального названия объекта. История его такова: рабочее название было словоммолитвой, и слово это было «ОМ». Затем рукой неведомого, но творчески мыслящего прохожего на стенке сооружения появился знак «АУМ», каковой и был
104 присвоен объекту в качестве названия окончательного. «АУМ» в качестве составляющей contemporary art, является объектом коммуникации между произведением искусства и зрителем, будучи максимально открытым для диалога с последним самим фактом расположения на вершине открытого холма. В сущности, этот проект FGE является тонкой репликой contemporary аналитическим поискам скульпторов начала ХХ века: если «Граждане Калэ» Родена впервые обозначили легитимность памятника без пьедестала, монументальной скульптуры, максимально приближенной к зрителю, то «АУМ» является памятником, который при известном уровне искусствоведческого дискурса сам по себе является пьедесталом для посетителя. Таким образом, выставочное пространство Фиктивной Галереи аккуратно исполняет обязанности подлинного экспозиционного зала: «АУМ» преображает не только пространство, но и зрителя, наделяя их дополнительным художественным смыслом. Богдана Пинчевская, искусствовед, 2006
105 «ОМ» - «АУМ» / ландшафтная скульптура, 24.05.2006, г. Киев, гора Дитинка
«Независимые» /выставка В «Независимых» приняли участие около 125 авторов. (1991 – 2011) 23 августа – 11 сентября 2011, г. Киев, Мистецький Арсенал «НЕЗАВИСИМЫЕ» - это первая в Украине попытка масштабно обозначить феномен украинского современного искусства, которое родилось вместе с новой страной. Проект «Независимые» поставил серьезный вопрос о неосуществленной за 20 лет независимости музеефикации украинского современного искусства и, возможно, поспособствовал созданию полноценной коллекции. Экспозиция основывалась на определенных блоках, каждый из которых характеризовал сквозные явления украинского современного искусства, появившиеся в процессе поиска украинскими художниками нового визуального языка, проблематики и идентичности в течение двух десятилетий. http://artarsenal.in.ua/rus/event21.html
107 «FGE», инсталляция, «Независимые» /выставка, г. Киев, Мистецький Арсенал, 2011
Часть третья: институциональный сквот
«Flashback» / живопись, видео, документы Назад в будущее. Живопись девяностых с улицы Олеговской 6-19.06.2008 г. Киев, Галерея РА художники: А. Варваров, В. Заиченко, И. Коновалов, С. Корниевский, В. Падун, Э. Потапенков Cквот с подольской улицы Олеговской, по сравнению с Парижской Коммуной и БЖ, - настоящая terra incognita. А ведь эта страница уже истории украинского искусства была ничуть не менее яркой. Кроме студенческих капустников и арт-солянок, художники с Олеговской делали и более великие дела. Первый блин - группа Холодный ВЭЛ (В. Падун, Э. Потапенков, Л. Роздобудько-Падун) - оказался немного комом, потому что, несмотря на три неплохие выставки в 1994-95 г., они скоропостижно прекратили свою групповую деятельность. А вот второму начинанию была суждена счастливая звезда и 10 лет партизанских творческих действий: проект Фиктивная галерея Экспедиция (И. Коновалов, А.Варваров, В. Заиченко) впервые всплыл на по-
111 верхность киевских холмов в 1996-м и финишировал только в 2006. По замыслу художников-экспедиторов, галерея не должна была быть привязана к юридическому адресу: их зыбкой пропиской стал веб-сайт, а выставочным пространством - укромные городские закоулки, в основном Подол и киевские горы. Действуя в сознательной оппозиции к законам артрынка (хотя это понятие к 90-м и относится с большой долей условности), они воплощали настоящую свободу искусства - анонимного, вросшего в окружающее пространство, предоставленного не только зрению, но и рукам своего зрителя. Галерея РА решила заняться ликбезом украинских поклонников отечественного арта и устроить выставку-флэшбек художников Олеговского сквота: ранние работы Варварова, Заиченко, Коновалова, Потапенкова и других. Флэшбек нужен не просто, чтобы вспомнить и знать, но главным образом для того, чтобы в момент, когда вспышка прошлого осветит настоящее, немного подсмотреть будущее. Александра Кравченко, 2008 «Афиша» №23. Стр. 95
112 В. Заиченко. «Машенька, на поезд опоздаешь» х.м. 1994 г. Выставка «Flashback», 6-19.06.2008, г. Киев, Галерея РА
113 А. Варваров, «Давай дружить» х.м. 1993 г. А. Варваров. «Нежный полюс» х.м. 1993 г.
114 И. Коновалов, «Яичница» х.м. 2008 г. И. Коновалов «ул. Олеговская» х. м. 1992.г.
115 Выставка «Flashback», группа «Холодный ВЭЛ», 6-19.06.2008, г. Киев, Галерея РА
«LEGALIZATION» / живопись 19.02-04.03.2010 г. Киев, Галерея РА художники: А. Варваров, В. Заиченко, И. Коновалов, С. Корниевский, В. Падун, Э. Потапенков Это своего рода игра художников в караван артефактов - с улицы Олеговской в Галерею РА. Олеговская - свободная местность, мини-культурный оазис в центре урбанистического города, ныне известен как культурный слой, подъедаемый новыми постройками. Гора Щекавица, впитав языческое, мусульманское и христианское прошлое, находится в самом центре Подола. Вековые культурные напластования создают местную поликультурную ауру и провоцируют собственно-локальные экзотические жесты. „Свобода эстетической воли художественного вкуса оказывается тем самым лишь одним из многих выражений свободы современного индивидуума. При этом признается равноправие всех индивидуальных вкусов, отчего в искусстве, как и якобы в современной демократии, сегодня все приемлемо” (Б. Гройс). Увеличение потока информации, с одной стороны, дает разнообразие, но с другой – сложность удержаться, не соскользнув, на выборе, чтобы разрешить
117 свой внутренний вопрос: насколько и что тревожит. Иногда сам не знаешь, почему тебе понравилось и волнует - это, а не то или другое. Легализация случайно-неслучайного выбора проистекает из безграничного диапазона – от первобытного искусства до компьютерных файлов. Выдвигая холсты или видео, порой кажется не существенным, что на них запечатлено. И как бы не интерпретировали, важным является то, что происходило с художником раньше, до фиксации. Такие отчеты побуждают художника узаконить свои памятные жесты в ряду других, чтобы легализировать следующие. Караван прибыл и подан, просим - любить и жаловать. Ольга Коновалова, кандидат искусствоведения, 2010 С. Корниевский, А. Варваров, В. Падун, В Каширский, Э. Потапенков, И. Коновалов
118 В. Заиченко, «leopards», х. м. 2009 г. В. Падун, «Гибель Титаника», 2009 г.
119 И. Коновалов, «Орел», «Крыло», х. м. 2009 г. И. Коновалов, «Буратинки», «Грифы», х. м. 2009 г.
120 А. Варваров, «Танец синего зайца», х.м. 1994 г. А. Варваров, «Родные и близкие», х.м. 2009 г.
121 . Корниевский, «В далеком аббатстве», х. м. 2009 г. Э. Потапенков, «Kiss», х. м. 1993 г.
«Звонок» / живопись 25.02-10.03.2011 г. Киев, Галерея РА художники: А. Варваров, В. Заиченко, И. Коновалов, С. Корниевский, В. Падун, Э. Потапенков, А. Краснощеков ВЕЩИЕ – С ОЛЕГОВСКОЙ Больше, чем сквот – но есть в Киеве и такой сквот, был и будет, «и другому такому не быти». Больше, чем стиль – а, впрочем, как раз в стиле здесь не откажешь: свежем, бьющем через край, своеобычном, неповторимом… Больше, чем объединение, больше чем творческая достопримечательность, чем веха в истории… (Так история-то не кончается). Больше, чем просто бренд!!… который, при том, «всем брендам бренд». А если – без эмоций? «Художники с Олеговской» - неопровержимая данность украинской художественной жизни «рубежа веков» - данность, густо пропитанная значимостью и маркированная упрямой долговечностью (в отдельно взятой точке земного шара). В самом деле, еще годик-второй – и можно будет отмечать их двадцатилетний юбилей, писать мемуары –
123 корни тянутся вообще с начала 80-х… И ведь это – еще не вечер. Тогда, в бурные девяностые сразу заявили о себе несколько выпускников Киевского художественного, земляков с Екатеринославщины, встретившихся на живописном клочке пространства, между Лукьяновкой и Подолом, где резной оберег встречается с эклектичным кирпичом, а все покрывает густая девственная зелень. Встретившихся, поселившихся, образовавших здесь веселый оазис творчества, где не стихали споры, чередуемые вакханалиями – но также инсталляциями и перформансами. Зеленый холмы бросали вызов молодым художникам – и получали ответ, во много раз превосходящий запрос. А ведь художники искушены были прежде всего в живописном ремесле, в нем создавали свои шероховатые шедевры. (Отдельный поклон днепропетровским педагогам, в училище привившим своим ученикам более, чем необходимые навыки творчества – так, что уже «в институте было неинтересно», вспоминает сегодня один из авторов). Но не могли оставаться равнодушными к зову времени, властно потребовавшему «переступать границы, перепрыгивать рвы», как гласил один из первых манифестов западного постмодерна, опубликованный… в журнале «Playboy».
124 Кстати – и безо всякой связи с предыдущим: все, выходящее из-под их рук, было исполнено подлинного, нутряного эротизма. То бишь, питалось не лихими забавами, наивно-перверсивными экзерсисами – но потенцией активного жизнеустройства, пересоздания, перезагрузки (матрицы?) среды – или всего, что в ней оказывалось. Отсюда – феномен хил-арта, взыскующего erection-ного вектора. Отсюда – практика FGE, «фиктивной экспериментальной галереи», неоднократно прибегающей к возле-телесным окказиям в виде манекенов на днище старой лодки. И отсюда – экспансия не только наружу, но и вовнутрь, за грань энигмы, в 1996-м обернувшаяся изящной «рентгенографией классики», к чему прибегли двое из «олеговских» в интересной и, увы, до сих пор недооцененной (как и весь их коллектив!) акции «Возвращение блудного сына» - необъявленным апогеем постмодернистской всеядности. Как и «Репетиция» (случившаяся двумя годами ранее; состав участников аналогичен), виртуозно совместившая танцевальное действие с картинной статикой – ко взаимному обогащению обеих арт-стихий. «Вещие» - сказано не всуе. После краткого перерыва – лучше сказать, «антракта», - «олеговские» возвращаются; маргиналы становятся культурными героями. И наступают, изумляя: ретроспекцией «Флешбека»; мозаикой «Легализации» - и, наконец,
125 пророчествами «Звонка», который, оказывается, звонит, как минимум, трижды – «между прошлым и будущим» (название одной из картин выставки, предполагающей категорию «настоящего», сиречь – «теперешнего»). Триада экспозиционных вспышек – флешей, далее уже обращенных в будущее – предвещует не только возвращение традиционноживописных ценностей, культуры меткого мазка и верного глаза, но и оригинальнейшую версию «новой искренности», пришедшей на смену постмодернистскому вычуру… чтобы не сказать – беспределу! Искренности – на грани с воспаленной чувствительностью, пост-чувственностью, не перешедшей в «скорбное бесчувствие», но соединенное с чувством, мерой и вкусом, столь редкими в наше хаотическое, издерганное время. «Нервы, что ли, обожжены», вырвалось как-то у поэта еще в 80-е. Мир, отображаемый нашими авторами (уместно ли здесь заметить, что их полку неустанно пребывает, но общий состав остается неизменным?), настолько зашлакован стереотипами, что ему настоятельно требуется встряска – криком цвета, парадоксом негатива, живящей пощечиной крупного плана… И эротика никуда не испарилась, даже вышла наружу. Меняется Киев-город и мир, но нетронутыми, только похорошевшими осенней красотой позднего цветения остается улица Олеговская с ее неугомон-
126 ными обитателями, потихоньку подвигающимися к порогу творческой зрелости – и меняющими жилье, впрочем, не слишком радикально: в пределах Города. Одно магическое место притягивается другим, не менее магическим, сквот – галереей, улей идей – узлом возможностей. Не впервые «олеговские» выставляются в «РА» (баловала нас она и фотоизысками, и выступлениями зарубежных мастеров…), своеобразным экспозиционным долгожителем столицы – и пионером украинского contemporary art”а – классикой которого, как мы понимаем сегодя, является и группа из шести авторов; остановимся наконец на этой дефиниции. Не бывает случайных слов. Не бывает случайных названий. “Звонок”-“звоночек” прозвенел для нас, чтобы мы его услышали – по уши погрязшие в других, профанических звонках, мессиджах, и-мэйлах, и прочем копошении в виртуале. Так забудем о нем хотя бы на вечер, дабы вкусить меда подлинного искусства… озаренного “РА”-Гелиосом. Олег Сидор-Гибелинда, искусствовед, 2011
127 А. Варваров, «Миг», х. м. 2010 г. А. Варваров, «Между облаками», х. м. 2010 г.
128 И. Коновалов, «Ананас», х.м. 2010 г. И. Коновалов, «Рингтон», х. м. 2010 г.
129 Э. Потапенков, «Миссия», х. м. 2011 г. С. Корниевский, «Синдром - аутизма», х. м. 2011 г.
130 В. Падун, «Як пани почивали», х. м. 2010 г. А. Краснощеков, «Виолончелистка», х. м. 2010 г.
131 Выставка «Звонок», 25.02-10.03.2011, г. Киев, галерея РА
«Горы золотые» / акция 19.05.2011 г. Киев, гора Щекавица художники: Варваров А., Заиченко В., Коновалов И., Краснощеков А., Падун В., Потапенков Э., Гамольский И. Уничтожение горы, застройка заповедной зоны коттеджами, провоцирует неизбежность социального конфликта и вынуждает художников выразить культурный протест. Художники, с конца 80-х годов работающие в мастерских на горе Щекавица, стали известны благодаря возникновению сквота на улице Олеговской: художественной практике групп «Холодный ВЭЛ» и «Фиктивной Галереи Экспедиция» (FGE). Впоследствии художники неоднократно демонстрировали свои живописные проекты в киевской галерее «РА». Художественный проект «Золотые горы» акцентирует внимание на культурной ценности горы Щекавица в киевском ландшафте. Углубляясь в мифологические пласты со сказочным Змеем Горынычем в окружении христианских и мусульманских святынь, проявляется оригинальный и самобытный характер культурного пространства, не имеющий аналогий в европейских
133 столицах. Акции, неоднократно проводимые художниками ул. Олеговской на киевских холмах, позволяют говорить о своеобразном ответвлении лэнд-арта – хилл-арте (hill-art). Золото в названии акции, как эквивалент ценности, имеет двойной подтекст. Драгоценный металл определяет значимость горы Щекавица как историко-культурного объекта и материальную «оценку» горы в актуальном процессе битвы за гектары. Выявляя самобытность киевского ландшафта, художники маркируют пространство холма концентрическими кругами-мишенью, «золотыми» самородками и аватарами участников акции (Коновалов И., Варваров А., Заиченко В., Краснощеков А., Падун В., Потапенков Э., Гамольский И.). Силуэт Змея Горыныча вводит в атмосферу легендарных времен, круги определяют точку схода, видимую с птичьего полета, аватары-хранители призваны удерживать непреходящую ценность горы Щекавица. Уничтожение горы, застройка заповедной зоны коттеджами, провоцирует неизбежность социального конфликта и вынуждает художников выразить культурный протест. Коновалова Ольга, кандидат искусствоведения, 2011
134 «Горы золотые» / акция, 19.05.2011, г. Киев, гора Щекавица
135 «Горы золотые» / акция, 19.05.2011, г. Киев, гора Щекавица
136 «Сквот на Олеговской» / живопись, инсталляция, видео, документы 09.10.2012 г. г. Киев, ЦСИ М17 художники: Варваров А., Заиченко В., Коновалов И., Корниевский С., Падун В., Потапенков Э. Сквот на Олеговской В истории новейшего украинского искусства белых пятен пока больше, чем заполненных страниц. Выставка, представляющая одно из самых интересных, но и самых неизученных явлений девяностыхнулевых – творчество художников с улицы Олеговской, открылась в центре М17. На выставке можно увидеть живопись последних шести лет ключевых фигур олеговского сквота – Игоря Коновалова, Анатолия Варварова, Владимира Падуна, Эдуарда Потапенкова, Владимира Заиченко и Сергея Корниевского, а также документацию нескольких их совместных акций. В формировании украинского художественного
137 ландшафта в девяностые годы сквоты сыграли не просто большую, а, возможно, основополагающую роль. Молодым и непризнанным художникам нечего было рассчитывать на получение официальных мастерских от Союза Художников, а некоторым из них банально негде было жить. Поэтому проблему приходилось решать партизанскими методами, занимая пустующие старые дома (хотя, справедливости ради надо отметить, что сквоттерское движение в Украине всегда зиждилось скорее на договорной основе, чем на стратегии захвата и социального противостояния). Именно на территории таких стихийных творческих анклавов возникали самые интересные художественные феномены и формировались целые культурные течения. В отличие от «раскрученных брендов» «Паркоммуны» или «БЖ-арта», несколько ветхих домиков на заповедной киевской улице Олеговской, облюбованные в начале 90-х группой студентов Киевского Государственного Художественного Института, местом тусовки столичного бомонда и паломничества иностранных кураторов не стали. Хотя в этих готовых в любую минуту развалиться на доски и бревна мастерских постоянно кипела творческая жизнь, ее результаты, как правило, так и оставались достоянием самих авторов и не слишком большого круга при-
138 ближенных. Ни известности, ни особого коммерческого успеха, ни стабильной выставочной деятельности здешние художники так и не снискали, на долгие годы законсервировавшись в своем глубоком и осознанном подполье. Возможно именно из-за того, что картины олеговских художников, стилистически и идейно очень близкие к произведениями их более успешных собратьев с Паркоммуны, не были востребованы рынком и кураторами, уже в середине 90-х они занялись нераспространенными в те времена художественными практиками, находившимися на пересечении акционизма, стрит-арта, ленд-арта и даже совершенно никому не известной и не модной тогда психогеографии. Отстраненность от финансовых потоков вдохновила художников на создание фиктивной галереи «Экспедиция», виртуальное существование которой время от времени проявлялось то в полускульптурных полуархитектурных загадочных объектах на горе Щекавица, то в Интернете, то в сюрреалистических акциях, в ходе одной из которых художники галереи отправляли в мистическое плавание собственные гипсовые муляжи. В последние годы интерес к деятельности художников с Олеговской заметно вырос, и выставка в М17 –
139 очередное тому подтверждение. К сожалению, в этом интересе видны пока только коммерческие, а не исследовательские нотки – ведь качественную живопись с историей, выдержанную как хорошее вино, всегда можно продать, но куда сложнее осмыслить контекст и смысл ее возникновения. Художники попытались хотя бы намекнуть в экспозиции на свою акционную деятельность, выставив макеты объектов с Щекавицы и полноразмерную копию лодки-галереи с пассажирами-муляжами. Они даже попробовали передать атмосферу самой Олеговской, перенеся в экспозицию аутентичные двери и пригласив поиграть на открытие друзей-музыкантов. Попытка, к сожалению, вышла не очень убедительная, и вряд ли можно винить в этом самих художников. Большинство отечественных художественных институций предпочитают видеть в своих стенах выставки, которые представляют «товар лицом», и у них нет ни желания, ни опыта, ни элементарных навыков, чтобы выйти за рамки этого рыночного мышления. Даже имея такой благодатный и богатый материал, как двадцатилетняя, насыщенная разнообразными идеями, жанрами и техниками, событиями, и самое главное – полноценной мифологией, деятельность целой группы художников, среднестатистическая украинская институция предпочтет пойти по пути
140 наименьшего сопротивления и развесить по стенам красивые картинки. Когда летом прошлого года в Национальном художественном музее открылся проект «Cadavre Exquis» - мудрый, многогранный и в хорошем смысле этого слова мультимедийный рассказ о жизни и смерти Александра Гнилицкого, многие отмечали, что создан своего рода прецедент. Создан образец того, как можно делать выставки о новейшей истории нашего искусства, и как выставка может стать орудием осмысления и документации этой самой истории. Прошедший год показал, что этот опыт пока не востребован и, похоже, даже не замечен, так что, при всей внушительности комплекса представленных в М17 живописных работ, выставка оставляет горькое чувство упущенных возможностей и недосказанных историй. Екатерина Стукалова, искусствовед, 2012
141 Выставка «Сквот на Олеговской», 09.10.2012, г. Киев, ЦСИ М17
142 Выставка «Сквот на Олеговской», 09.10.2012, г. Киев, ЦСИ М17
143 Выставка «Сквот на Олеговской», 09.10.2012, г. Киев, ЦСИ М17
144 Выставка «Сквот на Олеговской», 09.10.2012, г. Киев, ЦСИ М17
145 Выставка «Сквот на Олеговской», 09.10.2012, г. Киев, ЦСИ М17
«Pause» / живопись 25.04 – 15.05.2014 г. г. Киев, Галерея РА художники: А. Варваров, И. Коновалов, С. Корниевский, В. Падун, Э. Потапенков. Художники из мастерских на улице Олеговская, более известные как «Сквот на Олеговской», решили ввести зрителя в состояние «паузы». Пауза (с греческого – прекращение, перерыв) – знак молчания, внезапная остановка. В художественном сознании возникла острая необходимость социокультурного перерыва, попытки вдохнуть позитив от усталости восприятия СМИ. Масс-медийное сознание провоцирует переворачивать страничку без остановки, накапливая мегабайты электронного треша. Мерцание картинки, острота сюжета вынуждают индивида укорачивать зрение и память, ориентируясь исключительно на «здесь и сейчас». Одно только появление «зеленых человечков» воспаляет воображение.
147 Стоп-картинка позволит запомнить кадр, впечатление, состояние – задержаться на время, осмыслить прошлое, помечтать или просто зависнуть, отодвигаясь от напряженности и неразберихи. «Пауза» художников Олеговской вылавливает мотивы и образы, отчасти нами позабытые или, на первый взгляд, несущественные, как купание воробьев (А.Варваров), цветение мальвы (С. Корниевский), отдыхающую собаку (В. Падун); а улыбки Э. Потапенкова и вездесущие информационные зайцы И. Коновалова поражают своей массой и количеством. Но все эти образы, как земные, так и небесные, стараются удержать зрителя в своем поле притяжения, останавливая и напоминая о светлых сторонах бытия. Пауза художественной материи выводит зрителя из прошлого и готовит к восприятию будущего. Коновалова Ольга, кандидат искусствоведения, 2014
148 Выставка «Pause», 25.04.2014, г. Киев, галерея РА В. Падун, «НЛО», х.м. 2013 г.
149 А. Варваров, «Эпоха радости», х. м. 2014 г. А. Варваров, «Купальщики- воробьи», х. м. 2014 г.
150 И. Коновалов, «Relax», х. м. 2014 г. И. Коновалов, «Ещё», х. м. 2014 г.